<?xml version="1.0" encoding="utf-8"?>
<FictionBook xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0">
  <description>
    <title-info>
      <author><first-name>Аркадий</first-name><last-name>Аверченко</last-name></author>
      <book-title>Калифорния без золота</book-title>
    </title-info>
  </description>
  <body>
    <section>
      
<p>Когда первые золотоискатели наткнулись на Калифорнию — они буквально купались в золоте. Вторая волна золотоискателей — более многочисленная — ходила уже только по колена в золотых струях, третья — могла еле омочить пятки, а четвертая, пятая, шестая как нахлынула на сухой облезший, когда-то столь густо позолоченный берег — так ни с чем и отхлынула: редкому счастливцу после долгих поисков попадался золотой слиток, довольно ясно видимый под микроскопом.</p>
<p>Кто, какой пионер, какой первый золотоискатель открыл Выборг — этот золотой прииск, где можно купить любую вещь дешевле грибов — неизвестно. Может быть, оно раньше так и было — мне о том неведомо. Но вслед за первым золотоискателем из Петрограда хлынул целый поток золотоискателей — вот теперь они и бродят по унылым опустевшим магазинам Выборга — с видом усталых рудокопов, изрывших целые десятины, намывших целые горы земли и извлекших из ее недр одну только пару, подозрительного вида, чулков за десять марок.<br />
<span id="more-5411"></span></p>
<p><strong>* * *</strong></p>
<p>Компания измученных петроградцев с остолбенелым видом останавливается перед витриной крохотной выборгской лавчонки и испускает ряд отрывистых восклицаний:</p>
<p>— Ого! Ботинки.</p>
<p>— Да. И как дешево. 50 марок.</p>
<p>— А в Петрограде за такие слупили бы рублей 25.</p>
<p>— Сколько это марок вышло бы?</p>
<p>— 25 рублей? Пятьдесят четыре с половиной марки.</p>
<p>— Ну, вот видите! На целых четыре с половиной марки дешевле.</p>
<p>— Зайдем, купим.</p>
<p>— Да мне таких не нужно. Я таких не ношу.</p>
<p>— Ну, вот еще какие тонкости! Дешево, так и бери.</p>
<p>Вваливаются в магазинчик.</p>
<p>— Покажите нам вот эти ботинки… Что? Последняя пара? Ну вот, видишь: я тебе говорил — покупай скорей. Гм! Последняя пара: вот что значить дешевка. Ну-ка, примерь.</p>
<p>— Гм… Вззз… ой!</p>
<p>— Что? Тесноваты? Ну, ничего — разносятся. Заверните ему. Плати. Пойдем.</p>
<p>— Да я, собственно, такой фасон не ношу…</p>
<p>— Но ведь дешевы!</p>
<p>— Дешево-то они дешевы. Жаль только, что тесноваты.</p>
<p>— А зато на четыре с половиной марки дешевле.</p>
<p>— Дешевле-то они дешевле.</p>
<p>— То-то и оно. Бери, пойдем. А это что — смотри-ка… Магазин рамочек. Для чего эти рамочки?</p>
<p>— Для чего-нибудь да нужны. Зря продавать не будут. И как дешево — голубенькая, а семь марок стоить. Зайдем, купим.</p>
<p>Входить всего четверо, но лавочка так мала, будто вошли сто.</p>
<p>— Слушайте: для чего эти рамочки, что вы продаете?</p>
<p>— Ля картина…</p>
<p>— Для картин, значит, — переводить один, очевидно, тонкий знаток финского языка.</p>
<p>— А через границу провести их можно?</p>
<p>— Та, мосна.</p>
<p>— Я знаю, что таможня, так я вот и спрашиваю…</p>
<p>— Ты его не понял, — торопливо поправляет переводчик. — Он говорит, что можно. Но вероятно, спрятать нужно, да?</p>
<p>— Та, мосна.</p>
<p>— Спрятать. Мы их под костюм спрячем, в чемодан. Знаешь, я возьму пять штук.</p>
<p>— И я три. Почем они?</p>
<p>— По восьми марок.</p>
<p>— А в Петрограде я такие по два рубля видел.</p>
<p>— Да уж там сдерут. Там могут. Россия!</p>
<p>— А тебе для чего эти рамки?</p>
<p>— Да придумаю. Сейчас не нужны, после понадобятся. Вставлю что-нибудь в них.</p>
<p>— Заплатили? Пойдем. Ну, что тебе еще нужно?</p>
<p>— Да так, собственно говоря, ничего…</p>
<p>— А ты вспомни!</p>
<p>— Ей Богу, ничего.</p>
<p>— Чулки не нужны ли?</p>
<p>— Чулки? — мямлить вялый петроградец. — Собственно говоря…</p>
<p>— Ну вот видишь! Вот тебе и чулочный магазин. Здравствуйте. Есть чулки?</p>
<p>— Нету. Се продано.</p>
<p>— Ну, что вы. Нам всего несколько пар. Поищите. Может, найдется.</p>
<p>— Тамская есть чулки.</p>
<p>— Дамские?… Гм! А, ну покажите.</p>
<p>— Послушай… да зачем мне дамские.</p>
<p>— Вот чудак! Дешево ведь. Бери — теплее еще, чем носки. До самого колена. Бери ты три пары и я три пары.</p>
<p>— Сести пара нету. Сетыри пара есть сего.</p>
<p>— Нету шести пар? Ну, давайте четыре. А остальные две пары можно чем-нибудь другим добрать. Вот эту штуку дайте.</p>
<p>— Не, эта не продается. На эта стука сляпа надевается. Для окна. На выставка.</p>
<p>— Действительно, слушай… Ну зачем тебе болван для шляпы. К чему он?</p>
<p>— А? Ну, нет, знаешь, не скажи. Это штука удобная. Придешь домой — куда положить шляпу? Ну, и наденешь ее на эту чертовину. А что у вас еще есть?</p>
<p>— Нисего нету. Се родано.</p>
<p>— Русские все, черт их дери. Пронюхали — и сразу все расхватали. А это что за кошка? Почем?</p>
<p>— Это наса коска. Сивой.</p>
<p>— Живая? А чего ж она лежит, как искусственная. Только покупателей зря смущает…</p>
<p>— Пойдем, господа.</p>
<p>— Вот драма так драма… Приехали в Выборг, а купить нечего. А вот магазинчик какой-то, зайдем. Что здесь продается?</p>
<p>— Черт его… не разберешь. Витрина пустая. Войдем на всякий случай.</p>
<p>— Здравствуйте… Гм… Какие-то рабочие, а товару не видно. Что вы тут делаете, братцы? Это магазин?</p>
<p>— Та. Тольки сицас есцо магазина нету. Акроица тая неделя.</p>
<p>— На той неделе? А что тут будут продавать?</p>
<p>— Ветоцна магазин.</p>
<p>— Цветочный? Ну, ладно. Если еще приедем — зайдем, купим. Смотри, какими хорошенькими обоями оклеивают. Послушайте: почем обои?</p>
<p>— Bе марки кусок.</p>
<p>— Ну продайте нам вот эту пачку… Нельзя? Подумаешь важность… Почему нельзя? А ножницы продаются? Нет? Жалко; очень хорошенькие ножницы…</p>
<p><strong>* * *</strong></p>
<p>Номер гостиницы завален коробками, свертками, пачками.</p>
<p>— Ты чего сопишь?</p>
<p>— Да вот хочу ботинки в рукав пиджака засунуть. Боюсь, вдруг в Белоострове таможенные дощупаются.</p>
<p>— Если новые — конфискуют. А ты поцарапай подошвы — будто ношеные. Ношеные везти по закону можно.</p>
<p>Счастливый обладатель ботинок вытаскивает перочинный ножик и приступает к работе. Зажимает между коленей подметкой кверху ботинок и начинает царапать ножиком блестящий лак.</p>
<p>— Ну что?</p>
<p>— Черт их дери: все-таки, видно, что не ношеные, а просто поцарапанные. Грязи на них нету.</p>
<p>— А ты плюнь.</p>
<p>Владелец ботинок послушно плюет на подметку.</p>
<p>— Да нет, я тебе не в том смысле. Ну, да уж раз плюнул, теперь разотри получше. Об пол повози.</p>
<p>— И черт их знает, почему у них такие полы чистые… Не мажется! Блестит себе и блестит.</p>
<p>— Ножом потыкай. Постой, дай я. Вот так — и так… Ой! Видишь — дырка.</p>
<p>— Ну вот обрадовался.</p>
<p>— Ничего. Зато уж видно, что не новый. Оборви еще ушко ему, черту. Тогда уж никто не придерется.</p>
<p>— Я лучше шнурок, будто, оборву. Все поспокойнее.</p>
<p>— Собственно, на кой-черт ты их взял? Фасон не модный, тесные, на боку дырка.</p>
<p>— Ты же сам говорил…</p>
<p>— Мало, что я говорил… Вон ты мне абажур ламповый посоветовал взять — я его себе надевать буду, что ли, ежели у меня электричество.</p>
<p>— Сколько ты за него заплатил?</p>
<p>— Пятнадцать рублей на наши деньги.</p>
<p>— Вот видишь, а в Петрограде за восемь целковых купишь — и возиться не надо, и прятать не надо.</p>
<p>— Гм… Действительно. Рамочки… тоже накупили! Обрадовались! Грубые, аляповатые.</p>
<p>— А ты еще в другом магазине докупил две штуки — к чему?</p>
<p>— Рамочки — что… Их, в крайнем случае выбросить можно. А вот чулки дамские — это форменное идиотство. Ну, как я их надевать буду?</p>
<p>— Обрежь верхушку — носки получатся.</p>
<p>— Носки… Их еще подрубить нужно. Да и носки сколько стоять? Два целковых? А я по четыре с полтиной за эту длиннейшую дрянь платил.</p>
<p>— Подари кому-нибудь.</p>
<p>— А ты найди мне такую женскую ногу. Сюда три поместятся, Постой… Это еще что такое?</p>
<p>— Пресс-папье из березовой коры.</p>
<p>— Боже, какая дрянь. Неужели, это мы купили?</p>
<p>— Мы. А в этом пакете что?</p>
<p>— Тоже рамочки. А это подставки для фруктовых ваз, банка гуммиарабика, лапландский ножик, сигары…</p>
<p>— Мы ведь не курим…</p>
<p>— Что значит — не курим. Мы никого и не режем, а лапландский ножик купили. Мы и не бабы, а шелковое трико коротенькое купили. Дураки мы, вот кто мы.</p>
<p>— А это что?</p>
<p>— Этого уж я и сам не знаю. К чему оно? Металлический ящик, ручка, какие-то колесики, задвижечка… Покупаешь, а даже не спросишь — что оно такое.</p>
<p>— Зато дешево. Тридцать две марки.</p>
<p>— Дешево?.. А я тебе вот что скажу: эти сорочки здесь стоят пять рублей, а в Петрограде — четыре, салфетки здесь десять рублей, в Петрограде семь, а галстуки… Галстуки, вообще, ничего не стоят! Повеситься можно на таком галстуке.</p>
<p>— Поехали, действительно! Обрадовались, накинулись.</p>
<p>— А тут еще с таможней может быть…</p>
<p>— Молчи, пока я тебя лапландским ножиком не полоснул!</p>
<p>Тяжелое настроение.</p>
<ul>
<li>* *</li>
</ul>
<p>Поездки в Выборг напоминают мне историю с Марьиной слободой в городе К.</p>
<p>Была такая Марьина слобода, которая вдруг прославилась тем, что живут там самые трезвые мещане и самые красивые, добродетельные девушки и жены. И когда пошла эта слава, то стала ездить туда публика — любоваться на трезвых мещан и добродетельных красавиц… И чем дальше — тем больше ездило народу, потому что слава росла, ширилась, разливалась.</p>
<p>А когда мне совсем прожужжали уши о знаменитой слободе, и я поехал туда — я увидел ряд грязных покосившихся домов, поломанные заборы, под каждым из которых лежало по пьяному мещанину, а из домов неслись крики, хохот гостей, взвизгивание женщин и звуки скрипки и разбитого пианино: это добродетельные девушки и жены укрепляли славу своей удивительной слободы.</p>
<p>Ибо сказано — о Выборге ли, о Марьиной слободе ли: чересчур большой успех — портит.</p>

									
    </section>
  </body>
</FictionBook>
