<?xml version="1.0" encoding="utf-8"?>
<FictionBook xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0">
  <description>
    <title-info>
      <author><first-name>Карел</first-name><last-name>Чапек</last-name></author>
      <book-title>Лазарь</book-title>
    </title-info>
  </description>
  <body>
    <section>
      
<p>И до Вифании дошел слух, что галилеянин схвачен и брошен в темницу.</p>
<p>Услыхав об этом, Марфа всплеснула руками и из глаз ее брызнули слезы.</p>
<p>— Видите, — сказала она, — я говорила! Зачем Он пошел в Иерусалим, зачем не остался здесь! Здесь бы никто не узнал о Нем… Он мог бы спокойно плотничать… устроил бы мастерскую у нас во дворике…</p>
<p>Лазарь был бледен, и глаза его лихорадочно блестели.<br />
<span id="more-4954"></span><br />
— Это глупые речи, Марфа, — сказал он. — Он должен был идти в Иерусалим. Должен был восстать против этих… этих фарисеев и мытарей, должен был сказать им в глаза, что и как… Вы, женщины, не понимаете этого.</p>
<p>— Я понимаю, — тихо и страстно проговорила Мария. — И я знаю, что случится. Случится чудо. Он двинет пальцем — и стены темницы откроются… и все узнают Его, падут перед Ним на колени и будут кричать: «Чудо!»</p>
<p>— Как бы не так, — глухо ответила Марфа. — Он никогда не умел заботиться о себе. Ничего Он для себя не сделает, ничем себе не станет помогать. Разве что, — добавила она, широко раскрыв глаза, — разве что другие Ему помогут. Быть может, Он ждет, что Ему придут на помощь… все те, кто слышал Его… все, которым Он помогал… что они препояшут чресла мечами и прибегут…</p>
<p>— Конечно! — заявил Лазарь. — Вы не бойтесь, девушки, ведь за Ним — вся Иудея! Не хватает еще, чтобы… хотел бы я посмотреть… Марфа, собери вещи в дорогу. Пойду в Иерусалим.</p>
<p>Мария поднялась.</p>
<p>— Я тоже иду с тобой. Хочу видеть, как раскроются стены темницы, и Он явится в небесном сиянии… Марфа, это будет великолепно!</p>
<p>Марфа хотела что-то сказать, но промолчала.</p>
<p>— Идите, дети, — проговорила она. — Кто-то должен остаться стеречь дом… и кормить кур и коз… Сейчас я приготовлю вам одежды и хлебцы на дорогу. Я так рада, что вы там будете.</p>
<p>Когда она вернулась, раскрасневшись от кухонного жара, Лазарь был иссиня-бледен и встревожен.</p>
<p>— Мне нездоровится, Марфочка, — буркнул он. — Как на улице?</p>
<p>— Очень тепло, — ответила Марфа. — Хорошо вам будет идти.</p>
<p>— Тепло, тепло, — возразил Лазарь. — Но там, на холмах Иерусалима, всегда дует холодный ветер.</p>
<p>— Я приготовила тебе теплый плащ, — сказала Марфа.</p>
<p>— Теплый плащ… — недовольно пробормотал Лазарь. Вспотеешь в нем, потом обдует холодом, и готово! Ну-ка, пощупай, нет ли у меня жара? Не хотелось бы мне заболеть в дороге… на Марию надежда плохая… А какой Ему будет от меня толк, если я, например, заболею?</p>
<p>— У тебя нет жара, — успокаивала его Марфа, думая про себя: «Боже, какой стал Лазарь странный с тех пор… с тех пор, как воскрес из мертвых!»</p>
<p>— Тогда меня тоже продуло, когда… когда я так сильно занемог, — озабоченно произнес Лазарь; он не любил упоминать о своей смерти. — Знаешь, Марфочка, с той поры мне все что-то не по себе. Путешествие, волнение, — нет, это не для меня. Но я, конечно, пойду, как только меня перестанет знобить.</p>
<p>— Я знаю, что пойдешь, — с тяжелым сердцем сказала Марфа. — Кто-то должен прийти Ему на помощь; ты ведь помнишь. — Он тебя… исцелил, — нерешительно добавила она, ибо и ей казалось неделикатным говорить о воскресении из мертвых. — Знаешь, Лазарь, когда вы Его освободите, ты сможешь попросить, чтоб Он помог тебе — если станет нехорошо…</p>
<p>— Это верно, — вздохнул Лазарь. — Но что, если я туда не дойду? Что, если мы придем слишком поздно? Надо взвесить все возможности. И вдруг в Иерусалиме что-нибудь произойдет? Марфа, ты не знаешь римских воинов. О боже, если бы я был здоров!</p>
<p>— Но ты здоров, Лазарь, — с усилием произнесла Марфа. Ты должен быть здоров, если Он тебя исцелил!</p>
<p>— Здоров, — с горечью протянул Лазарь. — Мне-то лучше знать, здоров я или нет. Скажу только, что с тех пор мне и минуты не было легко… Нет, нет, я Ему страшно благодарен за то, что он меня… поставил на ноги, не думай, Марфа. Но кто однажды познал это, как я, тот… тот… — Лазарь содрогнулся и закрыл лицо. — Прошу тебя, Марфа, оставь меня теперь; я соберусь с силами… только минутку… это, конечно, пройдет.</p>
<p>Марфа тихонько села во дворе; она смотрела в пространство сухими неподвижными глазами; руки ее были сложены, но она не молилась. Подошли черные курицы, поглядывая на нее одним глазом; но Марфа, против ожидания, не бросила им зерен, и они ушли подремать в полуденной тени.</p>
<p>На порог с трудом выбрался Лазарь, смертельно бледный, стуча зубами.</p>
<p>— Я… я не могу сейчас, Марфа, — запинаясь, выговорил он. — А мне так хотелось бы пойти… может быть, завтра…</p>
<p>У Марфы сжалось сердце.</p>
<p>— Иди, иди, ляг, Лазарь, — с трудом вымолвила она. Ты… ты не можешь никуда идти!</p>
<p>— Я бы пошел, — трясясь в ознобе, сказал Лазарь, — но если ты так думаешь, Марфочка… Может быть, завтра… Ты ведь не оставишь меня одного? Что я тут буду делать один!</p>
<p>Марфа поднялась.</p>
<p>— Иди, ложись, — проговорила она своим обычным грубым голосом. — Я останусь с тобой.</p>
<p>В это время во двор вышла Мария, готовая отправиться в путь.</p>
<p>— Ну, Лазарь, пойдем?</p>
<p>— Лазарю нельзя никуда, — сухо ответила Марфа. — Ему нездоровится.</p>
<p>— Тогда я пойду одна, — с глубоким вздохом молвила Мария. — Увидеть чудо.</p>
<p>Из глаз Лазаря медленно текли слезы.</p>
<p>— Мне очень хочется пойти с ней, Марфа, но я так боюсь… еще раз умереть!</p>

									
    </section>
  </body>
</FictionBook>
