Мой приятель Мэл Мак-Гиннис говорит. Мэл Мак-Гиннис — кардиолог, так что иногда имеет право.
Мы вчетвером сидим у него за кухонным столом, пьем джин. Солнечный свет из большого окна за раковиной заливает кухню. Мы — это Мэл, я, его вторая жена Тереза — Терри, как мы ее зовем, — и моя жена Лора. Мы тогда жили в Альбукерке. Хотя все были не местные.
На столе стояло ведерко со льдом. Джин и тоник ходили по кругу, и мы как-то подняли тему любви. Мэл мыслил истинную любовь не больше не меньше как любовь духовную. Он говорил, что проучился пять лет в семинарии, прежде чем ушел в мединститут. Говорил, что до сих пор рассматривает семинарские годы как самые важные в жизни.
Терри сказала, что мужчина, с которым она жила до Мэла, так сильно ее любил, что пытался убить.
Читать дальше


Ожидание. Ги де Мопассан
Мужчины после обеда беседовали в курительной комнате. Разговор зашел о неожиданных наследствах, о необычных завещаниях. Г-н Ле Брюман, которого называли то знаменитым мэтром, то знаменитым адвокатом, облокотился на камин и взял слово.
— В настоящее время, — сказал он, — мне поручено разыскать наследника, исчезнувшего при исключительно тяжелых обстоятельствах. Это одна из простых и жестоких драм повседневности, один из тех случаев, которые могут произойти каждый день, а между тем я не знаю ничего ужаснее. Вот послушайте.
Читать дальше →